Это случилось в последних числах декабря. До мартовского пожара оставалось два с половиной месяца.

В нашем народе как-то принято с симпатией относиться к людям, способным пошутить, разыграть ближнего, посмеяться над ротозеем. Сказки, былины, поговорки наполнены всевозможными озорниками, шутниками, скоморохами-насмешниками. Но шалости идут все-таки от любви к ближнему, разыгрывая кого-то, мы тем самым, проявляем к нему внимание, показываем, что верим в его ум и чувство юмора, верим, что наш розыгрыш будет понят верно, не вызовет обиды, что человек не почувствует себя униженным, и мы тоже когда-нибудь в будущем можем надеяться быть разыгранными, стать предметом дружеского хохота.

Но когда за шалостью - стремление унизить человека, выставить дураком, как-то утвердиться за счет достоинства другого, тут уж не до шуток. Хотя часто именно шутками прикрывается хамство и ненависть, шутками прикрывается зависть и недоброжелательство. Но мы остро чувствуем, где кончаются шутки и начинается злобствование, неприязнь, попытка оправдать собственную лень. Частенько встречаются люди, которым для счастья не хватает самой малости - унизить кого-нибудь. И все. Жизнь для них расцветает всеми красками.

Вспоминается одна приземистая дама с сипловатым хозяйским голосом, специалист в области сварочного производства, которая несколько лет ходила в одну семью, собирая по крупицам недоразумения, успехи, радости, чтобы однажды, хватанув для храбрости чего-то вроде червивки, разразиться такой безудержной ненавистью, таким неуправляемым хамством, что всех, кто был при этом, до сих пор дрожь пробирает, словно пришлось прикоснуться к невероятно отвратному гаду.